Сергей Каревскийhttp://literart.ru
Наиболее важное и интересное на тему онтологии текстов и литературного творчества. Супраментальный роман.

Литературный календарь

2 марта 1874 года родился Гарри Гудини (Эрих ВАЙС) (Harry HOUDINI) (— 31.10.1926, Детройт), маг, фокусник, иллюзионист, легенда, загадка…

Принадлежность исторического персонажа к той или иной культовой касте делает его видимым лишь под определённым углом зрения. Кому-то нравится читать о литераторах, другим об артистах, третьим подавай на блюдце с золотыми лампасами адмиралов, генералов и прочих служивых. Если быть скупым на эпитеты — мы в игре самоидентификации. В пресловутом прочтении все мы обитатели общего сумасшедшего дома, где на постоянной основе числятся парочка Наполеонов, тройка Бонапартов, половинка Ван Гога и с десяток-другой инопланетян, прочее. Но истинно сумасшедший только один — безымянный и безвестно пропавший автор. А также ещё один стандартный диагноз писания биографий — это статейки в СМИ.

Если в классических образцах мы находим небрежный отпечаток профессии, влечений, родов деятельности, то СМИ пишут биографии на основе позиционирования своей бумажной продукции. В глянцевом журнале из всей обильной жизни какого-нибудь художника выуживаем единственно достоверный факт — цену проданного до и после смерти. В газетах рядком с шаловливой колонкой бульварных новостей — творчество обывателя. Причём в образе последнего может явиться и Ленин в обнимку с Троцким, и Христос с Магометом.

Каким образом предшествующая тирада связана с именем великого Гарри Гудини? Я предполагаю, что об этом человеке мало известно широкому читателю, лишённому первоисточников — что-нибудь существенное, кроме бесконечного числа эпитетов: фантастический, превосходный, легендарный, скандальный, популярный. Открою для вас ещё одну тайну Гудини — не этим велик сей человек. Быть фантастичным в любое время не так уж и сложно. Легендарным — легче лёгкого. Скандальным — не надо даже стучать пальцами об асфальт. Гудини стал велик благодаря фантастическому, превосходящему все возможные аналоги, скандальному в своём превосходстве над действительностью и легендарному труду — труду артиста, целиком и полностью посвятившего себя профессии.

Всё начиналось как обычно — с детских шалостей. Вы не поверите — но закрытый шкаф, где прячутся сладости, всё-таки скрывает, таит, содержит помимо прочего, как это отмечают дети, волшебство. Любимым занятием маленького Эриха Вейца (впоследствии Гудини) стало извлечение недоступного, запрещённого удовольствия на поверхность лакомого мира. Делал он это не ради себя, в смысле не ради поглощения, чревоугодничества — нет! Его удовольствие уже тогда отличалось возвышенным мироощущением просыпающегося в нём артиста. Дело заключалось не столько в самих сладостях, сколь в необычно восторженных зрителях из числа младших братьев и сестёр. Отец менял запоры, а сладости продолжали исчезать.

Когда же интерес к замкам немного поутих, Эрих Вейц перешёл к освоению фокусов с картами, монетами и прочей иллюзионисткой материей. Именно сёстры и братье, его маленькие поклонники, заставили предложить свои услуги передвижному цирку Джэка Хефлера, остановившемуся в городе. Сыну раввина было тогда девять лет.

Отец противостоял (как мог!) желанию сына стать артистом цирка. Раввин Меир Самуэль Вайс города Эплтон штата Висконсин требовал, чтобы сын пошёл по его стопам. Но как или чем можно переубедить мальчика, разбирающего часы, которые при этом продолжают ходить, и собирающего их вновь — которого интересует всё, что «находится внутри»? Возможно, он не стал археологом только потому (и даже никогда не думал об этом), что его больше интересовала внутренность жизни предметов, чем их смерть. Он даже умудрился что-то заработать в цирке Джэка Хефлера, подвиснув кверху ногами и собирая бровями разбросанные по арене мелкие предметы.

В одиннадцать лет Эрих бросает школу ради избранного и навсегда решённого будущего. Борьба за выживание, за обретение мастерства, за идею началась. В слесарной мастерской он познаёт устройство замков и за несколько месяцев превосходит своих неказистых учителей, придумывая как из кусочка проволоки сделать отмычку, вскрывающую любые запоры. Отцу остаётся лишь на смертном одре потребовать от сына клятвы на Торе, что тот не бросит мать и будет постоянно о ней заботиться. Надо отдать должное Эриху — в клятве не было никакой нужды. Он дал её легко и от чистого сердца. Эрих горячо любил маму. Уже будучи знаменитым и востребованным публикой фокусником, он не только почитает свою родительницу, но и отдаёт ей большую часть своих гонораров.

Правда, до того времени, как появились большие гонорары, теперь не Вейцу, а Гарри Гудини пришлось изрядно потрудиться. Вот где по нашему мнению проявились его истинные наклонности и характер. По двадцать выступлений в день, а по ночам бесконечные тренировки и изобретение всё новых трюков — причём финансовые концы с концами всё равно не сходятся. Женившись в двадцать лет на шестнадцатилетней Вильгельмине Рахнер, Гарри обрёл не только преданную ассистентку, незаменимую помощницу, но и настоящего друга, которая взяла на себя заботу о здоровье, карьере и образовании мужа. В последствии, благодаря жене, он добился успехов и на литературном поприще, издав книгу для иллюзионистов и написав пару-тройку статеек для энциклопедической «Британики». Но пока Вильгельмина лишь меняет имя на Беатрис, и на афишах появляется лаконичное — супруги Гудини.

Успех приходит как раз тогда, когда в пору отчаиваться. Причём даже не с первой, а со второй попытки. Познакомившись через друзей с начальником чикагских детективов Энди Роуаном, Гудини предлагает охотливым до сенсации журналистам и самому Роуану запереть его в самом надёжном карцере, предварительно надев наручники, чтобы освободиться из всего этого безобразия через пару минут. Первая попытка не удалась, поскольку хитрые журналисты усмотрели в предварительном знакомстве Гарри и Энди сговор. Тогда Гудини настаивает на раздевании и обыске при следующем запирании. Теперь уже эксперимент безупречен и с официальной точки зрения.

«Этим удостоверяется, что сегодня господин Гарри Гудини в тюрьме Соединенных Штатов, был полностью раздет, полностью обыскан и закрыт в камере номер 2… Господин Гудини, приблизительно через две минуты, смог сбежать из камеры». Д.Г. Харрис, Уорден, США. Тюрьма.

Теперь номерам с верёвками, наручниками, ящиками, погружаемыми вводу и даже гробами, зарываемым в землю не было ни конца, ни края. Публика неистовствовала, гонорары росли как на дрожжах. За свою звёздную карьеру Гудини «сбежал» практически их всех главных тюрем Штатов и Европы. Его физические данные, которые он добился изнурительными тренировками, вызывали неподдельную зависть. Его технические ухищрения приводили в тупик всевозможные попытки расследовать загадочные фокусы.

Нет, Гудини не был отпетым индивидуалистом, как иные гении того времени. Облачившись в легенду и став «царём оков», «королём карточных фокусов», «маэстро-иллюзионистом», он служил, прежде всего, цирковому искусству. Его девизом было: «Ложь для развлечения, и никогда — для выгоды». Случалось, что со словами признательности к нему обращались люди, которых он совсем не знал. Выходя однажды из театра, его попытался обнять какой-то старик. Гарри спросил, почему он это делает, и старик ответил: «Как, разве вы не знаете меня? Ведь вы вот уже семь лет оплачиваете мою квартиру!» Гудини основал «Театральное общество детей раввинов». Детьми раввинов были и Джордж Гершвин, братья Уорнер — основатели кинокомпании «Уорнер бразерс» и Фанни Брайс.

Так вышло, что причиной смерти маэстро также стал человек из числа ретивых поклонников. После представления некто (а точнее, Гордон Уайтхэд) с другом пробрались в гримёру. Дабы проверить возможности тела Гудини, Гордон несколько раз неожиданно бьёт его со всей дури в живот. Гудини было уже за пятьдесят, к тому же он недавно травмировал ногу и что-то там побаливало до этого в почке — это и не позволило иллюзионисту в достаточной мере напрячь мускулатуру. Усмирив боль, Гудини выпрямляется и, отдав команду, принимает на себя еще два удара. Фокус удался. Уайтхэд вывихнул кисть о стальной пресс волшебника. Отыграв французские гастроли, Гудини возвращается домой в Америку. Диагноз оказался неутешительным: гангренозный аппендикс и острый перитонит. Врачи констатировали, что больному осталось жить каких-нибудь 12 часов.

Гудини и сейчас не желает сдаваться. Лишь на седьмые сутки, когда врачи попросту в недоумении разводят руками, а поклонники торжествуют, что для волшебника нет ничего невозможного, Эрих (он же Гарри) призывает своего брата Теодора и говорит ему слабым голосом: «Я устал бороться, Тео. На этот раз я, кажется, проиграл».

На этот счёт у меня возникают большие сомнения! Гудини утверждал, что все секреты записал в своём творческом завещании, которое должно быть вскрыто в день его столетнего юбилея. 6 апреля 1974 года завещание Гудини было вскрыто. И? Ничего… На это раз маг бесследно исчез из сундука или саркофага (как вам будет угодно) времени, сидя в котором большинство из нас не совершает даже попытки выбраться наружу. Зато осталась богатейшее собрание книг по магии — более 5200 томов — которое после смерти Гудини передано в библиотеку Конгресса.

Он всегда интересовался тем, что внутри. Его профессиональным кредо было «побороть страх». Открыл ли он для себя тайну, поборол ли, распутал ли все путы, из которых так удачно изображал освобождение? Были ли это только верёвки, наручники, сундуки? Однажды вдова Беатрис оповестила мир, что Гудини всё ещё существует… что тот подал условный знак, о котором любящие супруги договорились ещё при жизни.

Литературный календарь

2 марта родился Гарри Гудини